Интересные факты о фильме «Андрей Рублёв»

31 мая

Какое отношение к фильму имел Василий Ливанов, какие сцены вырезал режиссёр и почему фильм во Франции увидели раньше, чем в СССР.

Идея снять фильм о знаменитом русском иконописце принадлежала актёру Василию Ливанову, который мечтал сыграть роль Рублёва. Мыслями на эту тему он поделился с Андроном Кончаловским, который, в свою очередь, пересказал их Андрею Тарковскому. Режиссёр загорелся и вместе с Кончаловским они пошли в библиотеку за историческими материалами. На их изучение ушло примерно полгода — сценаристы читали про древнерусский быт, ремёсла, государственную политику и судьбы людей. О самом Рублёве информации было мало, поэтому его образ почти полностью был художественным вымыслом.

Василий Ливанов заветную роль так и не получил. Режиссёр хотел снимать Иннокентия Смоктуновского, но тот предпочёл Гамлета. Потом Тарковский думал о Станиславе Любшине, но увидел малоизвестного театрального актёра Анатолия Солоницына и сразу же утвердил на роль. Друзья Тарковского осуждали — раз обещал Ливанову, воспользовался его идеей, так снимай его! — но режиссёр никого не хотел слушать.
Когда против Солоницына высказался худсовет — Тарковский собрал все фотопробы и поехал к специалистам по древнерусскому искусству. Те тоже выбрали Солоницына. Эта ситуация так обидела Ливанова, что они с Тарковским подрались в ресторане ЦДЛ, и от прежней дружбы не осталось и следа.

Роль ученика Андрея Рублёва режиссёр предложил Николаю Бурляеву, которого снимал в своём предыдущем фильме. Бурляев попросил другую роль — колокольного мастера, на которого уже утвердили поэта Сергея Чудакова. Актёр уговаривал Тарковского омолодить героя, ведь его возраст даже в сценарии не указан, но тот не сдавался. Тогда он подговорил оператора и консультанта-искусствоведа одобрить его кандидатуру и попросил кинопробы. На пробах все в один голос говорили о совпадении образа и актёрского таланта, и Бурляева утвердили.

Ключарь Патрикей, которого сыграл Юрий Никулин, был реальным историческим персонажем. Во время нашествия татар он спрятал церковные ценности и даже под пытками не выдал места нахождения сокровищ. Роль для Никулина была тяжелой как морально, так и физически. Когда снимали сцену как татарин обжигал Патрикею лицо — к лицу Никулина аккуратно подносили факел, и следили, чтобы не обжечь актёра на самом деле. Все были так сосредоточены на пламени, что не замечали, что на босые ноги Никулина с факела капает горячая солярка… Тарковский закончил съёмку, подошёл к актёру: «Вы молодец! Вы так натурально кричали, а в глазах была такая настоящая боль. Просто молодец!». Никулин сказал слова, которых не было в сценарии, и показал на ноги в пузырях от ожогов.

Досталось и Николаю Бурляеву. Сцену, где его герой ищет глину, снимали в конце октября, а Бурляеву предстояло бродить под проливным дождём из брандспойтов и съезжать по мокрой земле с горы. Режиссёру потребовалось шесть дублей, только после которых окоченевшего актёра отправили греться в избу… От Анатолия Солоницына, стремящийся к правде режиссёр потребовал на протяжении трёх месяцев ни с кем не разговаривать — по сюжету монах Андрей Рублёв дает обет молчания. Актёр всё это время разговаривал только жестами и потом вспоминал, что с трудом разрабатывал голосовые связки.

Роль дурочки, из-за которой Андрей Рублёв совершает убийство и даёт обет молчания, режиссёр предложил Алле Демидовой. Актрисе роль показалась неприличной, и она отказалась, о чём через несколько лет пожалела. Тогда эту роль сыграла первая жена Тарковского — актриса и режиссёр Ирма Рауш. Роль матери Иисуса сыграла директор картины Тамара Огородникова, которая появилась в эпизодах ещё двух фильмов Тарковского — «Солярис» и «Зеркало»…

Фильм снимали среди настоящих памятников архитектуры XIV—XV вв. Владимира, Суздаля, Нерли, Пскова, Изборска… Некоторые сцены были сняты на территории Андроникова монастыря в Москве, где жил последние годы Андрей Рублёв. Для съёмок сцены нашествия татар под Изборском отдельно построили вход в храм, а эпизод с летящими гусями снимали у стен Печорского монастыря — чтобы подчеркнуть сумятицу происходящего Андрей Тарковский бросал в кадр ничего не понимающих гусей, которые неловко разлетались в разные стороны.

С животными было несколько жёстких эпизодов, за которые Тарковский потом долго оправдывался. В одном из кадров горела живая корова, а в другом — с лестницы падала лошадь… Фрагмент съёмочного процесса показали в новостном киножурнале, и на киностудию стали мешками приходить письма с требованиями остановить съёмки, вырезать кадры и не шокировать зрителей. Тарковский написал открытое письмо, в котором рассказал, что на корове горела асбестовая попона, а лошадь была взята на живодерне и в любом случае бы погибла. Позже режиссёр вырезал эти сцены из версии для показа, но в черновой копии они сохранились.

Ролан Быков, который играл Скомороха, рассказывал, как снимали сцену в сарае с его участием. Быков полностью сочинил своего персонажа, сидел в архивах, сам себе поставил скомороший танец, много репетировал и всегда был готов к съёмкам. В сарае все сидели уже долго, а Тарковский на площадке не появлялся, и в чём дело никто не знал… Потом оказалось, что режиссёру не понравился кусочек поля, который виднелся из окна сарая, и он искал технику, чтобы поле красиво перепахали. Только после этого прозвучала команда «мотор!».

Тарковскому ни один фильм не давался просто. На «Мосфильме» отказались выделять статистов, летние ночи пришлось снимать поздней осенью, произошла внеплановая замена художников, а декорации постоянно ломались.
В конце концов из-за погоды пришлось прервать натурные съёмки и вернуться в павильоны. К тому времени было понятно, что «Андрей Рублёв» выходит за финансовые и временные рамки, а Тарковский ещё планировал снять масштабную Куликовскую битву. Режиссёр пошёл на киностудию с просьбой о выделении денег и продлении сроков производства, но ему сказали, чтобы сокращал материал и выдали минимальную сумму…

В августе 1966 года Андрей Тарковский предоставил фильм «Страсти по Андрею» длиной 3 часа 15 минут. Его показали в Доме кино, редакции газеты «Правда» и Центральном комитете КПСС и почти сразу же запретили. В первых двух залах мнения были противоречивые, а в третьем однозначные — партийное руководство считало, что фильм показывает русский народ как дикарей и является антинародным. Картину вернули на доработку, но Тарковский отказался вносить очередные правки и просто перестал ходить на заседания худсовета по поводу своего фильма.

Так и не выйдя на советские экраны, фильм попал за границу — его выкупил французский бизнесмен русского происхождения и повёз на Каннский кинофестиваль. Госкино пыталось отозвать картину, но бизнесмен на контакт не пошёл. На фестивале фильм показали вне конкурса, и он произвёл неизгладимое впечатление — ему давали наивысшую оценку мастера французского кино и даже министр культуры Франции не остался равнодушным… В СССР фильм разрешили к показу только в 1971 году — он назывался «Андрей Рублёв» и был на полчаса короче. Позже «Андрей Рублёв» вошёл в список 100 лучших фильмов мирового кинематографа.