10 интересных фактов о фильме «Холодное лето пятьдесят третьего…»

21 марта

Почему фильм получил такое название, из-за чего МВД не хотело консультировать съёмки и каким был последний кадр Анатолия Папанова.

В 1986 году режиссёру Александру Прошкину предложили снять фильм по сценарию драматурга Эдуарда Дубровского «Танец подёнок». Главным героем был политический заключённый, живущий на поселении в деревне, куда ворвались ограбившие поезд бандиты. События фильма происходили в 1955-м году, но режиссёр перенёс события в 1953 год, когда произошла одна из самых масштабных в СССР амнистий.

После смерти Сталина был подписан указ об амнистии, по которому на свободу должны были выйти женщины с маленькими детьми, осуждённые за должностные и административные преступления, заключенные младше 18 и старше 55 лет, а также все, кому дали не больше 5 лет заключения. Но в результате на волю вышло более миллиона человек, среди которых были матёрые преступники и уже сложившиеся банды. Началось то самое «холодное лето пятьдесят третьего» — разгул преступности по всей стране…
Режиссёр Александр Прошкин был в то время школьником и хорошо помнил, как к ним в классы пошёл поток из детских колоний. Проучились они недолго — через полгода почти все снова оказались за решеткой.

Киностудия направила сценарий в МВД, чтобы министерство выделило консультантов будущего фильма. Оттуда ответили, что роль милиции в сюжете настолько мала, что давать консультанта они считают нецелесообразным. И добавили, что сценарий перегружен сценами жестокости, и это может негативно повлиять на зрителей… Когда работа уже началась — в МВД пересмотрели своё решение, и отправили сотрудников на съёмочную площадку. К этому моменту режиссёр уже нашел криминалиста, который в 50-х лично ловил устранял последствия этой амнистии, и под его руководством актёры готовились к роли.

На роль Лузги режиссёр сразу пригласил Валерия Приёмыхова — за полгода до съёмок они познакомились на отдыхе и очень хотели поработать вместе. Приёмыхов загорелся ролью! По сценарию Лузга в прошлом был учёным-археологом, но актёр сразу сказал, что человек такой профессии не сможет сражаться с уголовниками, он должен быть офицером! Роль переписали, и его герой стал капитаном полковой разведки, который получил срок за то, что был в плену. Приёмыхов считал, что ни при каких условиях человек не должен терять офицерскую честь, и именно это он должен передать через Лузгу. Он настолько вжился в роль, что во время съёмок местные жители подходили к нему и спрашивали: «Ты, часом, не учился… не работал… не отдыхал… не сидел…» — всем казалось, что он простой мужик, которого они где-то видели.

На роль осуждённого за шпионаж Копалыча — инженера Старобогатова — режиссёр пробовал Георгия Юматова, Геннадия Гарбука и Вацлава Дворжецкого, который дважды отсидел за участие в антисоветском молодежном кружке. Как ни странно — это Дворжецкому только мешало, внутренне он противился возвращению к тюремной теме. С пьющим Юматовым было сложно, Гарбук отказался и тогда появилась кандидатура Анатолия Папанова. В театре актёра не хотели отпускать — он много играл, преподавал в ГИТИСе, но он настаивал: «Меня эта тема очень волнует — я в ней многое могу сказать…»
Папанову довелось в юности провести несколько суток в Бутырке. На заводе, где он работал литейщиком, кто-то украл детали, а «замели» поначалу всю бригаду. Актёр прочувствовал эту несвободу и потом долго боялся, что за ним могут прийти, даже если он ни в чём не виновен…

Режиссёр хотел подчеркнуть, что в банды сбивались очень разные люди. История каждого должна была читаться по лицу, и на роли бандитов он утвердил разноплановых актёров. «Вора в законе» сыграл Владимир Головин — в середине 80-х он был одним из самых популярных актёров «отрицательного обаяния». Популярный с времён «Неуловимых мстителей» Виктор Косых снялся в роли «шестерки» Баклана. Насильника Витька играл начинающий актёр Сергей Власов — в будущем роли преступников займут большую часть его фильмографии. Бандита Крюка сыграл актёр киевского театра Алексей Колесник — его герой был бывшим военным, а стал самым жестоким членом банды…
Актёры вспоминали, что прямо в гриме ездили обедать в столовую леспромхоза, и когда они входили — очередь моментально рассасывалась. После выхода «Холодного лета пятьдесят третьего» им неоднократно приходилось выступать перед заключёнными, и везде слышали однозначное: «Наши люди!».

Натуру снимали в глухой карельской деревне Руга, полуостровом уходящей в большое озеро. Уже неделю шла работа и никаких неожиданностей столь уединённом месте не предвиделось, но тут по окрестным деревням пронёсся слух, что на съёмки приехал Анатолий Папанов. На следующий же день полуостров со всех сторон начали с рёвом окружать моторки! Оказалось, это бабушки-дедушки привезли своих внуков на встречу с «дядей Волком» — Анатолий Папанов озвучивал этого героя в мультфильме «Ну, погоди!». Администраторы пытались разогнать толпу, но актёр вмешался, попросил всех рассадить и несколько часов общался с детьми и взрослыми.

Во время съёмок Анатолий Папанов отпросился на несколько дней в Москву — у его студентов начинался новый учебный год и надо было утрясти некоторые вопросы. По приезду домой он обнаружил, что отключили горячую воду, но все-таки решил принять холодный душ. Ледяная вода спровоцировала сердечный приступ, и актёр скончался. Это было огромным потрясением для всех. Режиссёр говорил, что долго не мог избавиться от ощущения, что на актёре сказалась судьба Копалыча. В дань памяти он вставил в конец фильма повтор сцены Анатолия Папанова, в которой он говорит: «Об одном жалею — годы. Так хочется пожить по-человечески. И работать…» — и сказал, что это был его последний кадр. Озвучивал Копалыча актёр Игорь Ефимов.

Режиссёра очень просили снять продолжение «Холодного лета пятьдесят третьего…», но он считал, что тема себя исчерпала. Лишь однажды они с Валерием Приёмыховым решили попробовать вернуться к образу Басаргина — вписать его в экранизацию рассказа Варлаама Шаламова о восстании заключённых в Магадане. Но оказалось, что права на экранизацию уже куплены, и идею оставили.



В финальной сцене звучит инструментальная обработка песни «Эпитафия» британской группы King Crimson, которую специально для фильма сделал композитор Владимир Мартынов. Драма «Холодное лето пятьдесят третьего…» заняла второе место по результатам проката 1988 года — по количеству зрителей её обошла «Маленькая Вера».