Басилашвили

Олег Басилашвили: в кино и в жизни

26 сентября 2018

Ко дню рождения любимого актёра. Олег Басилашвили о кино, театре и жизни

«Режиссёры должны иметь свою голову на плечах и делать сегодняшние фильмы. Ремейки всегда значительно хуже и бездарнее оригиналов». [Источник]

«Играя Воланда, я старался существовать в роли так, как это делали на сцене артисты старого Московского художественного театра. Когда атомы тела актёра перестраиваются в атомы персонажа, и даже сердце начинает биться иначе. Нужно было, чтобы даже колено заболело — в память о влюблённой ведьме, сломавшей ногу». [Источник]

«Культура — это сфера, которая способна сплотить народ, сделать его совершенней, свободней». [Источник]

«Превращать всё искусство в уроки зла — не совсем правильно. Уверен, что в нашей жизни есть не только зло, но и много добра, на которое надо ориентировать людей. Зло — неизбежность нашей жизни, но это то, что надо преодолевать во имя человечности. Если разобраться в мировом культурном пространстве, то в веках чаще остаются вещи, зовущие к свету, добру и взаимопониманию — и в кино, и в театре, и в живописи, и в литературе». [Источник]

«Сейчас молодая режиссура пытается добраться до чувств зрителей подчас формальными средствами. Бывает так, что прикрываются яркими заплатами, но на самом деле просто не умеют работать с актёрами. Желание не прочесть пьесу, а показать, насколько оригинальна собственная фантазия. Исчезает сам дух произведения, то, ради чего пьеса была написана. Молодые режиссёры сегодня занимаются самопоказом». [Источник]

«Эльдар (Рязанов — прим.ред.) — это очень большая часть моей жизни! За время совместной работы мы с Эльдаром очень подружились. Мы вели очень интересные и душевные беседы. Сегодня мне его очень не хватает». [Источник]

«Любая новая роль, которую тебе дают, — это то, чего ты никогда не делал». [Источник]

«Я считаю, что любой нормальный актёр всегда не до конца в себе уверен. Наша профессия — это испытание. И большое счастье, если ты это испытание выдерживаешь». [Источник]

«Я не хотел уходить из театра. Мне просто очень хотелось помочь жителям нашей страны, уж коль мне доверили представлять их на Съезде народных депутатов РФ, начать жить по-человечески». [Источник]

«Воспитание в людях чувства доброты, сострадания, открытости — это главная, величайшая задача культуры. Но для этого необходимо создавать условия, при которых появлялись бы новые Станиславские — художники, создающие произведения, обращённые к сердцам зрителей, рождающие в них чувство любви и сострадания». [Источник]

«Неужели это я?! Господи…»
(из автобиографии Олега Басилашвили)

«Бузыкин мой, Андрей Павлович, — одна из самых дорогих мне ролей. Благодаря Георгию Николаевичу, с его помощью, а подчас и при его диктате пришлось мне посмотреть на себя со стороны, заглянуть себе в душу. Нет, не о любовном треугольнике идёт речь, а о своём месте в жизни, о конформизме, свойственном каждому советскому человеку, об интеллигентном неумении сказать, когда необходимо, „нет!“ или, в противном случае „да!“, о трагедии самоуничтожения, о невозможности измениться…».

«Ради того, чтобы сыграть Бендера, я был готов на всё. Похудеть — пожалуйста. Я сел на диету, которую придумал сам: капуста в основном, творог. Физические нагрузки — гантели, бег. <…> Звоню в группу „Двенадцати стульев“. Мне отвечают: извините, но съёмки уже давно идут, а Бендера играет Арчил Гомиашвили… Ну что ж, Бендером я не стал, но моя физическая форма позволила мне в дальнейшем сыграть Хлестакова, Самохвалова в „Служебном романе“, Шатунова в „Выпьем за Колумба!“ и много других ролей».

«На „Вокзале“ я встретился с очаровательной Люсей Гурченко и был сражён её талантом, обаянием. Застеснялся, смутился, а тут ещё любовные сцены, стрельба глазами, поцелуи и прочее! Нет, нет — я не „герой-любовник“, твердило мне моё подсознание, и только благодаря Эльдару и Люсе, которая придумывала мне костюм и прическу, даже написала текст для меня в любовной сцене, постепенно обрёл себя».

«В фильме „Противостояние“ я играл милиционера, подполковника МВД Костенко. Он расследует дело об убийстве и выходит на след человека, который во время Великой Отечественной войны перешёл на сторону немцев, служил им верой и правдой. Мой Костенко пытается понять природу этого предательства: что руководило человеком — трусость, боязнь смерти? Или непомерное честолюбие? Или неприятие сталинской системы? И почему многие тысячи наших солдат сдавались в плен?!! Чем вызван переход армии Власова на сторону немцев? Только ли страхом смерти или к этому страху примешивались другие чувства? Хотелось, чтобы подобные вопросы возникали и у зрителя».

«В трудные годы Перестройки и начала реформ снимали мы „Небеса…“ и „Предсказание“. „Небеса…“ — про обездоленных, про бомжей, живущих на свалке, кто в остове старого автобуса, кто в канализационном люке. Фильм был пронизан острой болью за этих несчастных пожилых бездомных, взывал к милосердию. Я решил, впервые для себя, сыграть роль „по-театральному“. Эльдар поддержал меня, и получилось! В этой работе меня подстёгивала наивная, может быть, мысль: вот выйдет фильм, и люди поймут, что надо быть добрее, внимательнее друг к другу, нельзя отворачиваться от чужого горя, от чужой беды».


Олег Басилашвили

Олег Басилашвили